June 4th, 2010

def

Политика и физика с точки зрения математики


В журнале «Forbes Russia» обнаружилось интервью с нобелевским лауреатом Эриком Маскиным о политике и экономике в России: «Демократия — это не роскошь». (См. также более продвинутый ЖЖ-пост «Удивительная и красивая теорема» о недавней лекции Маскина в Москве.) При чтении интервью Маскина у меня отчетливо «щелкнула» одна пара вопрос-ответ (но я согласен с Маскиным и по прочим пунктам тоже):
Вопрос: — В России оппозиция находится в тяжелой ситуации. Оппозиционерам не хватает профессионализма, они не внушают доверия избирателям, так что люди скопом отдают голоса правящей партии. Есть ли смысл голосовать за не слишком компетентную оппозицию только для того, чтобы предотвратить монополию одной партии в парламенте?

Ответ: — Разумеется, монополия в парламенте, как и в любой другой сфере, — это плохо. Нужно ее избегать. Но продвижение некомпетентных людей — тоже не лучший ответ. Очевидна потребность в талантливых людях, которые пошли бы в политику и обеспечили сильную оппозицию. Но в России трудно добиться того, чтобы ваш голос был услышан. Создать партию непросто, еще труднее достучаться до публики, ведь средства массовой информации контролирует правительство. Лучший способ изменить ситуацию — давление со стороны интеллектуалов, образованных людей на правительство с целью облегчения доступа к СМИ.
А ещё умер Владимир Игоревич Арнольд, великий математик. Книга Арнольда «Математические методы классической механики», излагающая классическую механику глазами современного математика и геометра, являлась одним из главных, опорных текстов студента-матфизика физфака ЛГУ (наверное, и сейчас является). Процитирую из некролога, написанного ksoninым, на который стоит ссылка в начале абзаца:
Однажды, примерно в то же время, я пошёл на выступление Манина на матобществе. Видимо, потому что я ничего не понял, мне запомнились какие-то неважные детали. Арнольд сидел в первом ряду и задавал вопросы. Манин, вдохновенно исписав небольшую доску в аудитории на 16-ом этаже, поставил точку и сказал что-то типа «всё правильно». Слушатели, полный зал, молчали. Мне хотелось думать, что потому, что тоже ничего не понимают. – Правильно, - сказал Арнольд, - Только минус. Манин повернулся и уставился на доску. Пробежав формулы глазами, он дописал минус в конце и где-то по ходу и сказал, - Да, но это ничего не меняет. – Конечно, не меняет, - дружелюбно согласился Арнольд.